No rest for the wicked

22:40 

.timber
Fear not this night, you will not go astray.
I do it again <3
в смысле, новая глава (ну, почти глава) АУшки

название: доверяй, но проверяй ака то самое с заложниками, яхтами, стрельбой и прочим-прочим @_@
рейтинг: садденли тут есть микро-гетно-прон, ткшт pg-13
персонажи: бравое ФБР ака Джонатан Хром и Томас Рэйванд, Грегори Магнус, Йенс Хольмквист, Хэл Ричард Родимус, ТРИ птерозавры УЕБЫ, а также самый крутой и брутальный оригинальный персонаж ever.
размер: 2900 слов @__@
предыдущая часть тут :О
(алсо, в прошлый раз я выложил резко оборванную сцену, больше так не буду, честно ._.
это я к тому, что текст начинается сразу_же_после окончания текста из прошлого поста :|


На верхнем этаже их ждал еще один секретарь - уже куда более выхолощенный и, что не удивительно, подготовленный к появлению ФБР.
- Мистер Магнус ждет вас, - он кивнул в сторону широких стеклянных дверей, матовых, с большим логотипом DDI - разглядеть, что за ними, было невозможно.
- Мне кажется, - негромко пробормотал Томас, - что нас встретят, вежливо поздороваются, а потом откажутся говорить.
- Я на большее и не рассчитывал, - также тихо отозвался его напарник, - но попробовать стоит.
Встречаться лицом к лицу с Магнусом младшему агенту еще не приходилось, однако он успел ознакомиться с теми данными, что были собраны ФБР на этого человека: юрист и адвокат, прославившийся в нескольких громких делах, общественный деятель, выпускник Гарварда, сейчас он занимал пост главного юрисконсульта корпорации. И был - по крайней мере, по мнению некоторых - достаточно близким другом мистера Родимуса.
Но у Грегори Магнуса было одно, что роднило его со старшим агентом Питером Хартли - взгляд. Тяжелый, внимательный взгляд. Даже цвет глаз, как показалось Рэйванду, был похожим - светло-серый, со стальным отливом.
- Мистер Магнус? - - Хром показал ему значок. - Агент Хром, это - агент Рэйванд. И раз вы согласились с нами встретиться, полагаю, уже не стоит спрашивать про то, ответите ли вы на несколько наших вопросов?
- Вы удивительно легко подменяете реальные факты теми, которые хотите услышать, - Грегори сидел за рабочим столом - широким, идеально чистым, с ровно разложенными документами. Под ладонью юриста Томас рассмотрел работающий планшет. - Все зависит от вопросов.
- 30 июля один из сотрудников службы безопасности DDI был убит. В это же время, согласно медицинским отчетам, был ранен ваш личный секретарь - мистер Стюарт Кейв, - Томас проговорил вслух общеизвестную информацию лишь за тем, чтобы поймать хоть какие-то чужие эмоции, но Магнус даже не шевельнул бровью. Только ровным тоном поинтересовался:
- С каких пор ваш отдел занимается убийствами и огнестрельными ранениями? Это - юрисдикция полиции.
- ФБР занимается тем, чем захочет заниматься, - позволил себе улыбку Джон. - Особенно, если дело касается таких крупных игроков на экономическом рынке, как корпорация DDI. Расскажете нам все, что знаете об этом?
- Боюсь, мне ничего вам сообщить - я ничего не знаю об этом.
- Ваш секретарь получил два огнестрельных ранения и находится в критическом состоянии - и вы ничего не знаете об этом? - Томас осознал, как резко прозвучали его слова, лишь после того, как произнес. Он мысленно чертыхнулся. Он всегда не любил, когда люди играли в молчанку - особенно, когда дело касалось серьезных вопросов.
Однако Магнуса его тон явно не задел.
- Я действительно ничего об этом не знаю. В список дел, которыми хочет заниматься ФБР, входит и вмешательства во внутренние дела нашей компании?
Он сидел спиной к окну - от пола до потолка шли стеклянные панели, за которыми сквозь просвет между другими высотками центра виднелся Гудзон, и бьющий свет четко очерчивал контуры фигуры. Весьма массивной - почему-то Томас представлял мистера Магнуса по фотографиям куда более… субтильным.
- Ваши слова можно расценивать, как отказ от сотрудничества?
- Мои слова, агент Хром, нужно расценивать всего лишь как невозможность сообщить вам что-либо в силу того, что мне ничего не известно.
Рэйванд на секунду задумался о том, что было бы, пытайся он говорить таким официозным стилем... вышло бы, наверняка, чертовски глупо; в отличие от Магнуса.
- Ваш секретарь едва не оказался на том свете, не мой.
- Возможно, - Грегори откинулся на спинку широкого кресла, - вам следует поговорить с представителями службы безопасности.
- И им не приказано молчать? Сомневаюсь, - не удержался от короткого смешка Джонатан.
- Мистер Магнус, - неожиданно заговорил Рэйванд, - один вопрос, не связанный с предыдущими. Позволите?
Получив утвердительный кивок, он продолжил:
- Насколько вы контролируете жизнь своих сотрудников вне... скажем так, вне их службы? Я сейчас говорю не о тех, кто официально числится у вас в штате, надеюсь, вы понимаете.
- К чему такие вопросы, агент?
- Это значит, - не отставал Томас, - что вы не сможете ответить на этот вопрос?
- Отнюдь. Мы не контролируем то, чем заняты вне службы люди, работающие на DDI. Они вольны заниматься, чем захотят. В рамках закона, разумеется.
- А если вне службы ими будете совершенно что-то противозаконное?
Рэйванд, наверное, ждал хоть какой-то реакции от Магнуса - но лицо того могло бы скорее принадлежать каменной статуе.
- Вы думаете, агент, что наша корпорация в этом вопросе чем-то отличается от остальных? Разумеется, мы не будем препятствовать осуществлению правосудия в данном случае. Еще вопросы?
- Может быть, все-таки поговорим о том, как был ранен ваш секретарь? - Словно бы между делом поинтересовался Хром.
- Повторюсь: обратитесь в службу безопасности. Я не знаю ничего о произошедшем, что могло бы помочь вам. А теперь прошу простить меня, - Магнус указал на аккуратные стопки документов, - мне нужно работать.
- Благодарим за сотрудничество, - Джонатан был сама вежливость.
Он кивнул напарнику на выход из кабинета. Томас почему-то ждал, что Магнус скажет им что-то в спину, что-нибудь на подобие: "И в следующий раз позвоните мне, прежде чем вламываться в кабинет". Но юрисконсульт хранил молчание.
Джонатан - тоже.
Они вышли из здания, влившись в извечную нью-йоркскую уличную толчею, и только тогда он безрадостно хмыкнул. Потом вытащил из кармана пиджака сигареты, зажигалку.
Рэйванд неодобрительно сморщил нос.
- Молчи, - Хром спрятал пачку обратно, впустую щелкнул зажигалкой. - Иногда я жалею, что представляю закон и не могу так просто его нарушить.
- Можем найти какой-нибудь парк и ты там покуришь.
- Я уже вижу неодобрение в твоих глазах, мой маленький правильный друг. Вегетарианец, не куришь, пьешь редко, - глаза Джонатана сверкнули, - а может ты еще не...
- Так! - Томас вскинул руки. - Если ты зол из-за того, что визит к Магнусу ничего не дал, кроме...
- Унижения? Не скажу, что я зол, но...
- Но хватит срываться на мне, - фыркнул Рэйванд.
Хром еще раз щелкнул зажигалкой.
- Я не срываюсь. Это ты просто все воспринимаешь слишком близко к сердцу.
Его напарник закатил глаза и, отмахнувшись, двинулся сквозь толпу в сторону Управления. Его нагнали в два счета.
- Я же говорю: обижаешься на невинные комментарии. И, кстати, к чему ты вел, когда спрашивал этого каменного человека про его сотрудников?
- Ну... не знаю.
Хром смотрел испытующе, и младший агент беспомощно развел руками.
- У меня мелькнула мысль спросить его. Посмотреть на его реакцию.
- Зачем?
- Не знаю, - буркнул Томас, раздосадованный тем, что не может ответить на чужой вопрос. - Дай мне время обдумать?
- Обдумать то, как эта статуя глядела на нас, не мигая...? Эй, эй, не косись на меня так, - он вскинул руки. - Думай, сколько понадобится.
- Надо вернуться в офис.
Томас успел сделать еще пару шагов, прежде, чем его, приобняв за плечи, развернули в другую сторону.
- Предлагаю немного пройтись. В квартале отсюда должен быть сквер. Я - покурю. Ты - подумаешь. Идет?
- Да. Только перестань обнимать меня.
Фыркнув, Джонатан отпустил его и пошел вперед, сунув руки в карманы пиджака. Томасу пришлось ускорить шаг, чтобы догнать высокого и куда более длинноногого напарника.


***
4 августа, северный Бруклин


В щеку ткнулось что-то мокрое. Потом над ухом засопели и тихо тявкнули. Йенс неохотно разлепил один глаз, осуждающе глядя на взобравшуюся на кровать собаку.
- Что?
Макарун ему, разумеется, не ответил. Снова тявкнув, он закрутился на месте, подпрыгнул, а потом, соскочив с кровати, исчез где-то в полумраке комнаты, залитой тусклым предутренним светом.
Проворчав что-то, Йенс перевернулся на другой бок, натягивая на голову одеяло. Он заснул лишь на пару часов, и сейчас больше всего мечтал о том, чтобы провалиться обратно в теплую дрему.
Но Макарун был совсем иного мнения, и ему совсем не было дела до того, во сколько закрыл глаза его хозяин по не воле.
Этого йорка Йенсу оставила его бывшая девушка: умудрившись вывезти большую часть вещей из квартиры (та теперь зияла пугающей пустотой), она оставила ему при этом собаку... совсем не желая слушать его мнение.
Похоже, Макарун в этом плане пошел в свою хозяйку.
Отдать собаку в приют швед не мог - жалко было, да и проблем йорк ему не доставлял... не считая таких моментов, когда в нем просыпалось желание поиграть. В шесть утра.
Но сон обратно не шел. Вздохнув, швед перекатился к краю кровати. Макарун уже ждал его. В зубах йорка был крохотный мячик, а темные глаза были полны надежды.
- Сначала - кофе, - буркнул ему Йенс, не хотя выбираясь из-под одеяло. Уже через пару часов вернется дневная жара, присыпывающая город раскаленной пылью, но сейчас, на рассвете, из распахнутого настежь окна все еще тянуло приятной прохладой.
Полупустая студия начинала даже нравится Хольмквисту в какой-то мере - напоминало о привычной шведской лаконичности в обстановке домов. За его спиной тихо процокали по полу коготки.
Пока Йенс, то и дело позевывая, возился с кофе, иногда поглядывая в прихваченный с собой из кровати планшет, Макарун запрыгнул на один из стульев, стоящих у узкого, переходящего в подоконник, стола, и теперь внимательно наблюдал за действиями своего нового хозяина.
- Знаешь, я даже немного рад, что Эльза тебя оставила, - покосился на него швед. - Без тебя бы было тут очень тихо. И скучно.
Йорк склонил маленькую голову на бок, приподнял уши.
- С другой стороны, она могла оставить в довесок к тебе еще хотя бы пару тарелок.
Шведу ответили тихим тявканьем. Потом Макарун соскочил на пол и процокал по полу к своей миске. Усевшись рядом с ней, он жалобно посмотрел на своего нового хозяина - тот, в отличии от Эльзы, никакого пиетета к кормлению собаки не испытывал, и в ритуал это не превращал.
При мысли об Эльзе он поморщился, отхлебнул кофе.
За те полгода, что они провели вместе, он приучил себя забывать о том, что для нее это просто была работа. Присматривать за Хольмквистом, следить, чтобы он никуда не сбежал и чтобы он выполнял то, что ему поручают.
Отвратительно, если подумать.
Поэтому Йенс пытался об этом не думать.
Он бы с радостью действительно сбежал заграницу, даже если ради этого пришлось бы оставить за спиной всю свою жизнь - но возможность не было.
Даже сейчас, когда его будто бы оставили в покое.
Макарун снова требовательно тявкнул.
- Да, да, извини, приятель.
Выудив из холодильник банку собачьих консерв, Хольмквист высыпал их в маленькую миску. Банка полетела в мусорку, а швед снова устроился у окна. За последние полгода он переезжал из города в город пять раз: Хьюстон, Денвер, Бостон, Сакраменто и, наконец, Нью-Йорк - его помотало по стране так, как не мотало никогда до этого.
Но на самом деле Йенс так и не смог понять, зачем он на самом деле нужен DDI.
- В мире есть и куда более гениальные программисты, чем я, - сказал он еще полгода назад.
- Но не все из них обязаны нам своей жизнью. И уж точно не все из них согласились на то, на что согласились вы.
- Когда мне вшивали тот чип, то не особо спрашивали мое согласие, - буркнул тогда Йенс.
Ему хотелось попросить, чтобы его оставили в покое - просто позволили уехать, чтобы он мог забыть обо всех этих перестрелках, шпионских играх, подделках данных, взломах правительственных сетей и о том, как это на самом деле жутко - бояться за собственную жизнь.
- Ладно... - встрепав короткие светлые волосы надо лбом, швед посмотрел на собаку, - время гулять, да?
Макарун радостно тявкнул.
Когда Йенс вернулся домой, уже окончательно рассвело. Заварив себе еще кофе, он принялся за работу - несмотря на то, что он был "залегшим на дно", DDI во всю пользовалась его талантами в разработке и программировании.
И если бы Хольмквист мог бы закрыть глаза на своё положение, он мог бы сказать, что такая работа ему даже нравится: корпорация занималась научным разработками во многих областях, и ему то и дело приходилось сталкиваться со сложными задачами, приносившим упоение от бессонных ночей и строчек кода, от которых было невозможно оторваться.
Когда он закончил, на часах уже было давно за восемь вечера. Макарун дремал рядом, свернувшись в меленький рыже-черный шар; днем Йенс тои дело отвлекался, чтобы поиграть с заскучавшим йорком, и то был весьма этим доволен.
- Знаешь, - задумчиво произнес Хольмквист, - иногда мне очень хочется послать к черту все эти правила.
Макарун, проснувшись от звука его голоса, вопросительно склонил голову на бок.
- Про "не высовывайся", "поменьше выходи на улицу" и прочее, - швед знал, что пес его не понимает, но такие разговоры давали иллюзию общения.
Он поморщился.
- К черту все. Переживешь без меня одну ночь?
Разумеется, Макарун пережил бы. Иногда Йенсу казалось, что его новый питомец куда меньше страдает от одиночества, чем его хозяин поневоле.
Хольмквист не был уверен точно, куда хочет пойти - просто хотелось сбежать, раствориться в паутине большого города хотя бы на одну ночь.
- Хорошо, что они не вшили мне никакой маячок под кожу, - хмыкнул он, глядя в глаза отражению в настенном зеркале в ванной. Светловолосое и светлоглазое отражение ответило невеселой ухмылкой: куда бы он не пошел, DDI его наверняка найдет. Или - еще кто-нибудь.
Накинув поверх футболки клетчатую рубашку - обещали прохладную ночь, Йенс распихал по карманам деньги: четырех сотен должно хватить на то, чтобы забыть на ближайшие пару часов обо всем.
Вот в чем он не нуждался, так это в деньгах - DDI исправно платило ему за работу большие деньги. Будь его воля, он бы потратил все эти деньги на билет в самый дальний конец земного шара.
Вслед за деньгами в карман отправилось водительское удостоверение. И больше ничего.
Его, может быть будут искать. Йенс хмыкнул, представив это.
Он проверил, есть ли у Макаруна вода, потрепал йорка по ушам и вышел из квартиры, намурлыкивая себе под нос "Du gamla, Du fria" - он никогда не был истинным патриотом Швеции, но сейчас гимн, созданный на основе старой народной песни, сам просился на язык.
На улице был шумно. Людно. Пахло пылью, бензином, жженным сахаром и ванилью - на первом этаже дома, в котором жил Йенс, располагалась крохотная кондитерская.
Глубоко вдохнув эту странную мешанину запахов, Хольмквист запрокинул голову, всматриваясь в безоблачное ночное небо, нависающее над старыми домами Бруклина. А потом двинулся вверх по улице - он не знал, куда идет, но был совершенно уверен в одном: до утра он домой не вернется.
Его разбудила пронзительная трель звонка.
Застонав, Йенс попытался зарыться под одеяло, спрятаться от отвратительного звука - голова раскалывалась, но телефон не умолкал.
Он не был уверен, когда пришел домой - час или двадцать минут назад. Во рту было сухо, в висках стучала кровь, и хотелось швырнуть телефон в стену.
Рядом громко залаял Макарун.
Хольмквист снова застонал.
У него была прекрасная ночь, пусть он и помнил ее урывками - воспоминания наслаивались друг на друга, и из похмельного тумана то и дело выплывали какие-то эпизоды прошедших часов, чтобы тут же сгинуть обратно.
Протянув руку, Йенс нащупал настойчиво продолжающий звонить телефон, подтянул его к себе и, не отрывая головы от подушки, нажал кнопку "прием".
- Ja, jag lyssnar på? - Хрипло пробормотал он, не открывая глаз - кто ему звонил, он знать не хотел.
- Доброе утро, Хольмквист. Похмелье, да?
Спрингер. Хуже быть просто не могло.
Пробормотав что-то неразборчивое в ответ, Йенс все-таки заставил себя приоткрыть один глаз и ткнул в экран наугад, надеясь, что активирует громкую связь.
- Который сейчас час...?
- Семь. Хочу тебя видеть через часа полтора. У себя. Ты знаешь, где это.
- Мннх... Не уверен, - пробормотал Хольмквист, пытаясь заставить себя соображать: голова была тяжелой, пустой, а утренний свет резал глаза. Рядом тявкнул Макарун.
- И чтобы был без собаки, - коротко хохотнул Спрингер. - Давай, поднимай свою похмельную задницу, мой шведский гений. У меня есть дело для тебя.
Ему ответили неразборчивым бормотанием.
- И, кстати, - продолжил наемник отвратительно бодрым голосом, - СБ не в восторге от твоих ночных развлечений. Ты заставил их слегка понервничать, когда вот так просто ушел.
- Я рад, - буркнул Йенс, от всей души желая, чтобы Спрингер наконец замолчал и повесил трубку.
- Жду через полтора часа, не проспи, - хмыкнул тот и отключился.
Наконец наступила блаженная тишина.
Хольмквист прикрыл глаза, отпихнул полезшего под руку Макаруна и попытался сосредоточиться на воспоминаниях о прошедшей ночи.
Он помнил первый клуб, помнил второй и, кажется, помнил третий - хотя тогда ноги уже порядком заплетались.
Еще он помнил... ох.
У этого воспоминания были темные, чуть вьющиеся волосы, сколотые на затылке, смуглая кожа и низкий голос.
И Йенс никак не мог вспомнить имя этой девушки - хотя он не был уверен, что она ему даже представлялась.
Он помнил, что купил ей пару коктейлей, а потом все происходящее воспринималось какими-то отрывками, короткими эпизодами.
Вот они оказываются на втором этаже клуба, и он за что-то расплачивается, а потом пьяно прижимает девушку к стене коридора и целует, ощущая под ладонями плавные и мягкие формы ее тела.
Почему-то в памяти Хольмквиста четко отпечатался этот коридор: длинный, с мягкой розоватой подсветкой и с дверьми по обе стороны.
Потом они оказались в комнате за одной из этих дверей, в приглушенном полумраке, когда было сложно рассмотреть очертания тел друга-друга, но Йенса это тогда, кажется, не сколько не смущало, ему хватало ощущений.
Девушка оказалась настойчивой и сама раздела его, когда швед внезапно запутался в пуговицах собственной рубашки, и сама же опрокинула его спиной на кровать. Он помнил, как потом перевернул ее, оказался сверху и целовал пахнущую какими-то цветочными духами кожу, ласкал тяжелую грудь и говорил что-то по шведски - наверное, какие-то пошлые глупости, получая в ответ поцелуи.
Потом было горячо и хорошо, и чужое тело под ладонями было отзывчивым, и он, кажется, показал тогда все, на что был способен, несмотря на то, что был чертовски пьян.
Дальше в его воспоминаниях была полнейшая мешанина: вот он снова оказался на первом этаже клуба, и на коленях у него уже другая девушка, а та, первая сидит рядом, и ее рука что-то делает у него на колене, хотя, казалось бы, должно быть наоборот, но руки самого Йенса заняты талией второй девушки, а губы - ее губами.
… Рядом недовольно залаял Макарун, явно не одобряющий то, что хозяин занят воспоминаниями вместо того, чтобы кормить и развлекать его.
Тот с трудом перевернулся на живот, уткнулся лицом в подушку: воспоминания заканчивались на том, как он снова оказывался в той самой комнате, но теперь девушек уже было двое, и...
Что было дальше, Йенс помнил смутно, и уж точно не знал, как добрался до дома.
На спину ему вспрыгнуло два килограмма йорка, потом над самым ухом требовательно тявкнули.
- Я подарю тебя Спрингеру, - пробормотал Хольмквист, заставляя себя приподнять голову от подушки.
Виски ныли, пить хотелось все сильней. Согнав с себя Макаруна, он заставил себя подняться - мельком заметив, что спал в одежде, и поплелся в душ в надежде, что холодная вода поможет хоть немного прийти в себя.
Единственное, что радовало Йенса - то, что он, кажется, помнил, как назывался тот, последний клуб. Хоя он и не был уверен, что сможет туда попасть в ближайшее время.

@темы: складываем слова, human!AU

URL
Комментарии
2014-03-21 в 23:50 

Cybervore
Специалист по выносу мозга.
Я пробегу два-три круга по потолку, и составлю адекватный отзыв, а пока - йооооорк!!! Милый двухкилограммовый йорк!

2014-03-21 в 23:53 

.timber
Fear not this night, you will not go astray.
Lobe, да :D
я считаю, это самый крутой персонаж в АУшке xD
и самый милый
ну, не считая той собаченьки из драббла про Дрифта
и собаченьки Спрингера
НУЖНО БОЛЬШЕ СОБАЧЕНЕК

URL
2014-03-22 в 00:02 

Cybervore
Специалист по выносу мозга.
.timber, я просто упоротый собачник, поэтому моя реакция не может претендовать на адекватную.
Ну он же милый до невозможности.)

2014-03-22 в 00:07 

.timber
Fear not this night, you will not go astray.
Lobe, убубубу XD
да, он милый. и надоедливый xD особенно, с учетом того, что его хозяин совсем не собачник xD

URL
2014-03-22 в 10:05 

Пушист Ая
Хирург! Ампутируя, помни - каждый третий ребенок в мире голодает!
Насколько критичен страх и заключение в четырех стенах, что Йенс такое вытворяет)

2014-03-22 в 10:41 

Fear not this night, you will not go astray.
Пушист Ая, он слишком долго так просидел просто xD

URL
2014-04-04 в 13:41 

Джооооон и Тооооомас. Такие милахи! И как их Магнус уделал! Стена! Можно сказать даже крепость!
Йенс! Бедолага, до чего ж тебя довели! Срочно его в компанию жуеб - пару дней с Такахаси и он захочет обратно в тишину своей квартиры!)))))))))
И 100% - Эльза собаку специально оставила, чтоб пирожок совсем не свихнулся. Этакий четырехлапый антидепрессант!
Винд, ты няша! Пешиисчо!

2014-04-04 в 18:31 

.timber
Fear not this night, you will not go astray.
У Магнуса отточены до совершенства покерфейс и непрошибаемость, так что ему несложно отшивать фбровцев xD

Ничего, у Йенса скоро снова начнутся веселые дни, но, кто знает, может он еще и втянется xD
а Макарун, да, няшный и громкий антидепрессант :3

URL
     

главная